К этому надо добавить невероятную артистичность лектора, перемежающего трудно понимаемые куски рассказанными к месту анекдотами, приоткрывающими еще один аспект с новой неожиданной стороны.
      Моношенс никогда не говорил «истинно говорю вам, истинно». Он всегда придерживался высказывания Вивекананды «лучше не верить, чем не проверить». Он объяснял, заходя со всех сторон, и снова объяснял, приводя примеры из фильмов, и снова объяснял, сводя все в уже понятную всем теорию. Учил никогда не выбирать из нескольких предложенных решений, а находить свое, подходящее именно тебе.
      Для лучшего усвоения материала по субботам в том же помещении показывали серию фильмов. Так количество занятий увеличилось до 3 в неделю.
      Моношэнс считал, что хатха – йогой надо заниматься на первых порах обязательно, т.к. нетренированное физическое тело не сможет пропускать высокие энергии не схлопываясь. Тело современного человека уже не способно воспринять высокую душу и иногда она садится на 2 или даже 3 человека, как в фильме «Маленький Будда».
      Один из сокурсников рассказывал, что однажды на него села сущность Цезаря, но она была такая большая, что возвышалась над ним еще на человеческий рост. Он не знал, что с ней делать, и она скоро ушла.
      Моношэнс рассказывал, что сам занимался хатха – йогой несколько лет и прошел ее насколько необходимо.

                                                                                         Глава 3

       Моношэнс был чрезвычайно прост и интересен в общении (конечно с теми, у кого был запрос на общение). К нему всегда можно было подойти с вопросом (конечно, если был запрос на помощь), он помогал не ожидая восхищения и обожания. Он говорил, что испробовал ситуацию, когда им восхищались и превозносили, но это ему не понравилось.
      С самого открытия курсов перед ним встала общая проблема всех молодых преподавателей - множество женщин - курсовиков были тайно влюблены в такого молодого, яркого и талантливого Учителя, но это продолжалось не слишком долго и резко прекратилось. Я прекрасно помню этот день.
      С утра я встала в прекрасном настроении, вспоминая последние занятия и обожаемого Учителя, весь день летала на крыльях, и ОН стоял перед глазами. И вдруг эта эйфория резко закончилась, я будто упала в грязь и заметила, что и день пасмурный и дела предстоят обыденные и все как-то серо.
      На следующем занятии Моношэнс рассказал, что отработал инстанцию и теперь влюбиться в него невозможно. Еще и сказал такие слова: «приходишь домой весь облюбленный, пока всю эту энергетику снимешь, уходит масса времени».
      Мы все тихо утерлись, но обижаться на Учителя было бесполезно. Если кто-то ему возражал, то он тут же находил инстанцию, которая не давала усваивать урок, тыкал в нее носом, разносил слабые возражения в пух и прах и следил, чтобы человек эту инстанцию отработал, иначе не будет дальнейшего понимания.
      Он говорил, что индивидуальность человека – это набор инстанций, которые им руководят и если люди их отработают, то будут не слишком отличаться друг от друга, пользуясь сиддхами (сверхспособностями).
      Через много лет мне довелось попасть в компанию бывших курсовиков, которые бросили занятия по каким-то своим соображениям. Среди претензий к Моношэнсу было т.ч. он не пускает домой жену, и она часами в любую погоду гуляет, пока не отработает очередную инстанцию.
      Я рассказала им такую историю.
      В Минске должна была состояться лекция Учителя и он выехал туда, как всегда взяв с собой несколько курсовиков. В этот раз в эту компанию попала и я. Нас поселили в каком-то общежитии в одной большой комнате.
      Оказалось, что Моношэнс простужен, и ему становится все хуже. Минская группа «природного пути» устроила консультации для всех нуждающихся, всех наших разобрали и я осталась одна в комнате с Моношэнсом. Тут он и сообщил, что я на него нападаю, поэтому он и слег. Я начала отрабатывать проблему, но это дело нескорое и ему лучше не становилось. Я предположила, что чем дальше я отойду, тем ему станет легче и пошла отрабатывать на улицу.
      Гулять по зимнему Минску удовольствие то еще. Мы уже привыкли к мягким московским зимам, а тут большущие сугробы, идет чудный пушистый снег и жуткий мороз. Подпрыгивая от холода, я внутренне собралась и очень быстро все поняла и отработала.
      Почему он не стал сам меня отрабатывать и не поставил на место? В таких случаях он всегда давал шанс самим исправить свои ошибки, говорил, что тогда мы не поймем проблему и не пройдем дальше, и если он вмешается, то нам это будет дорого стоить.
      Моношэнс выздоровел и как всегда с блеском прочитал лекцию. Мы вернулись в Москву, и через некоторое время я услышала, что Наталья Андреевна часами гуляет по улицам, отрабатывая очередную проблему. Понятно, что Учитель оценил и взял на вооружение мой метод.
      Впервые я увидела Наталью Андреевну, когда нам объявили, что Моношэнс прошел свой путь преподавателя и теперь вести занятия будет его жена. Это была крупная женщина с симпатичным лицом и длинными и густыми седыми волосами.
      Моношэнс говорил, что у каждого человека должна быть пара и ее надо найти. Иногда есть несколько промежуточных пар, с которыми надо пообщаться и взаимно научиться тому, что другой успел понять и чему может научить – и пойти дальше. Это может продолжаться недели, месяцы и годы. Кто-то срывается, а кто-то получает свою истинную пару – друга и единомышленника, с которым можно прожить жизнь.